Санкции привели к потере российской экономикой 2,9 триллиона рублей за трехлетний период, что в среднем составляет 0,7 процента ВВП ежегодно. К таким выводам пришли исследователи Руслан Мухаметшин из аналитического центра «Третий Рим» и Дмитрий Скрыпник из НИУ ВШЭ в публикации журнала «Экономическая политика».
Специалисты смоделировали сценарий развития экономики без учета санкционного давления после 2021 года. Наиболее тяжелым оказался 2022 год с недополучением 3,4 процента ВВП, в то время как фактическое сокращение составило 1,4 процента. В 2023 году показатель снизился до 0,8 процента ВВП, а в 2024 году фактические темпы роста превысили прогнозную траекторию на 1,9 процента за счет инвестиционной активности.
Главным драйвером восстановления стали вложения в основной капитал, демонстрировавшие рост три года подряд: на 6,7 процента в 2022 году, на 11 процентов в 2023-м и на 8,6 процента в 2024-м. Государственный спрос, масштабные проекты и льготные кредиты стимулировали частные инвестиции в логистику, импортозамещение и инфраструктуру.
Доля прямого бюджетного финансирования в инвестициях оставалась на умеренном уровне, изменившись с 18,3 процента в 2021 году до 20,5 процента в 2022-м и снизившись до 16,6 процента в 2024-м.
При этом сфера внешней торговли продолжает отставать от досанкционных прогнозов. Экспорт сократился на 14 процентов в 2022 году и на 11 процентов в 2023-м из-за логистических трудностей при переориентации на азиатские рынки.
Импорт после падения на 16,9 процента в 2022 году частично восстановился благодаря альтернативным цепочкам поставок, однако дефицит оборудования и комплектующих сохраняет ограничения для ряда отраслей.
Превышение показателей ВВП не означает полного преодоления последствий санкций, отмечают опрошенные Forbes эксперты. Александр Фиранчук из Института Гайдара поясняет, что модель учитывает одновременное действие санкционного шока, сырьевой конъюнктуры и масштабного бюджетного импульса, который за 2022–2023 годы достиг порядка 10 процентов годового ВВП.
Владимир Еремкин из РАНХиГС обращает внимание, что долгосрочные риски связаны с качеством человеческого капитала, технологическим отставанием и снижением конкуренции, которые могут проявиться в производительности труда позже. По словам Дмитрия Скрыпника, краткосрочные логистические задачи решены, но дальнейшие перспективы зависят от промышленной политики.
Обсуждение
Комментариев пока нет. Будьте первым.