Андрей Свинцов проработал в ЛДПР четверть века и в апреле 2026 года лишился партийного билета. О причинах исключения, судьбе Telegram и мессенджера Макс, налоговой нагрузке на бизнес и подорожании автомобилей он рассказал Владимиру Кривову в интервью для шоу «Игроки» на Rutube.
Исключили не за позицию по Telegram
Кривов: Четверть века вы были частью ЛДПР, а теперь уже не в партии. С чем связано ваше решение уйти?
Свинцов: «Это стандартное решение руководства партии. Я пришел в партию, когда руководил Владимир Жириновский, и мы работали с ним десятилетиями. Партия – это живой организм, общественная организация, коллектив единомышленников».
Свинцов: «Когда кто-то из депутатов не разделяет партийную линию или не согласен с позицией председателя, такие люди либо уходят, либо их исключают. Это нормальная практика, которая существовала и при Жириновском, и теперь при новом председателе».
Кривов: Многие считают исключение сигналом раскола внутри партии.
Свинцов: «Во-первых, меня исключили из партии не за мою позицию по Телеграму. Я никогда не агитировал за блокировку этого мессенджера. В своих выступлениях я всегда подчеркивал: если компания работает в России, она должна соблюдать российские законы».
Свинцов: «Меня не лишили должности, меня лишили членства в партии, партийного билета. То есть я больше не являюсь членом ЛДПР. В решении Высшего совета, и вообще в комментариях Высшего совета – это не один человек, а 25 – было сказано, что моя позиция, конечно, совпала с той, которая была при Жириновском. Теперь появилась новая команда с новыми взглядами, и я с моими старыми подходами, старой философией, уже, наверное, просто устарел».
Смотрите новые интервью в подкасте Владимира Кривова:
- Николай Прянишников раскрыл методы самого результативного топ-менеджера России
- Почему миллиардер Лекторович не стал президентом России
- Евгений Капьев: что происходит с ЭКСМО?
Мессенджер Макс получил статус национального
Кривов: С мессенджером Макс происходит нечто похожее на принудительное внедрение. Согласны?
Свинцов: «Политика компании Макс и государства действительно имеет агрессивный характер. Их задача – вовлечь как можно больше людей. Мессенджер Макс, как мы видим, уже получил статус национального, что подчеркивает его важность для государства».
Свинцов: «Мы же находимся в условиях войны, и нам необходимо заменить многие критически важные технологии за очень короткий срок. Трафик растет экспоненциально, и не все каналы связи справляются с этим».
Свинцов: «Сейчас, конечно, с увеличением трафика и новых функций мессенджер Макс испытывает большие нагрузки. Технологически его нужно дорабатывать. Но это не просто мессенджер, а огромная инфраструктура, в которой уже можно использовать госуслуги и другие сервисы. Я уверен, что скоро появятся и платежные системы, и криптовалюты».
Кривов: А что в этой логике ждет Telegram?
Свинцов: «У компании Дурова есть шанс – открыть юридическое лицо, разместить серверы здесь, оформить это должным образом. У него наверняка есть доверенные лица или родственники, с которыми можно это все решить».
Свинцов: «Но его позиция, что он будет делать, как ему хочется, – это неправильно, она несправедлива по отношению к нашим гражданам. Вопрос не в том, что это хорошо или плохо, а в том, что это незаконно».
Малый бизнес платит за дробление крупных компаний
Кривов: Государство перекладывает военные расходы на бизнес, особенно на малый. Чем объяснить дополнительные налоги?
Свинцов: «Ситуация действительно сложная. Множество предпринимателей, у которых был оборот в 50-100 миллионов, сейчас сталкиваются с трудностями. Многие объединяются, чтобы создать более устойчивые бизнес-структуры».
Свинцов: «Те, кто использует возможности системы, идут на дробление бизнеса. Система упрощенного налогообложения должна была помочь малому бизнесу, но многие крупные компании нашли лазейки и начали использовать эти схемы для оптимизации налогов. В результате у нас 35 тысяч таких организаций, которые, несмотря на свою величину, работают по упрощенной системе».
Свинцов: «Когда правительство вносит изменения в налоговый кодекс, оно пытается сбалансировать интересы тех, кто работает честно, и тех, кто пытается извлечь выгоду».
Утильсбор поднял цену «Лады» до 2,5 миллиона
Кривов: Хавал обошелся мне в 3,5 миллиона рублей, хотя в Китае его цена – миллион двести. «Лада» тем временем стоит уже 2,5 лимона. Откуда такая наценка?
Свинцов: «Мы все видим, что в условиях войны есть дефицит бюджета, который нужно пополнять. Ушли крупные западные игроки, и теперь нужно находить способы стимулировать производство. Утильсбор не просто сбор в казну, но и стимул для иностранных производителей вернуться на российский рынок. Он создает экономическую мотивацию для компаний производить автомобили в России, а не просто ввозить их из-за рубежа».
Свинцов: «За счет компенсации от правительства компании смогут производить автомобили в России по более низкой цене. Для производителей автомобилей это также возможность получать финансовую поддержку для развития и компенсацию затрат».
Материал подготовлен по стенограмме интервью для шоу «Игроки» на Rutube, апрель 2026 года. Текст и цитаты Андрея Свинцова опубликованы с его согласия и с согласия Владимира Кривова.
Обсуждение
Комментариев пока нет. Будьте первым.